главная новость 6 октября, 2020 | Вторник
Наталья Павлова: «Самоизоляция стала хорошей проверкой для ребят на самостоятельность, ответственность и профессионализм»

На старте нового сезона мы встретились с психологом Хоккейной Академии «Авангард» Натальей Павловой и поговорили о том, как спортсмены перенесли режим самоизоляции, чем полезно психологическое тестирование и как можно улучшить свой спортивный уровень, тренируя внимание, память и мышление.

— Первое, о чем хочется узнать – это о том, как пережили режим самоизоляции наши воспитанники. В марте их отправили по домам, многие не успели завершить чемпионат: что с ними происходило с психологической точки зрения?

— В зависимости от возраста у ребят по-разному проходил процесс адаптации к самоизоляции, они по-разному вели себя в это время. На спортсменов 2004 года рождения самоизоляция повлияла сильней, чем на всех остальных: во-первых, они не смогли закончить чемпионат, во-вторых, для них это был выпускной год в школе, а ОГЭ, подготовка к которым потребовала очень много усилий и времени, в последний момент были отменены. Адаптироваться нужно было не только к тому, что ты сидишь дома и нет тренировок, но и еще к тому, что нужно учиться дистанционно. Переключить их было непросто. Те, кто заранее принял решение идти в 10 класс или поступать в колледж, снова задались вопросом «что мне делать дальше?» Для всех остальных ребят, насколько я могу судить, самой большой проблемой была самодисциплина. Все воспитанники получили программы тренировок для самоподготовки, и это была хорошая проверка для ребят на самостоятельность, ответственность и даже профессионализм, когда тебя никто не контролирует, никто не заставляет заниматься.  «Авангард»-2009 столкнулся с тем, что отменили «Кубок Газпром нефти», крупнейший турнир для их возраста, к которому они готовились весь год, кто-то из них специально переехал в Омск, чтобы иметь возможность поучаствовать в этих соревнованиях в составе нашей команды. Поэтому ребята именного этого возраста задавали больше всего вопросов, они скучали по льду. Это был слишком большой перерыв для всех. Ребята остались безо льда больше чем на четыре месяца, и самый большой страх у них был в том, что они встанут на коньки и не смогут кататься, что они разучились это делать. Эта проблема была у всех, даже у хоккеистов КХЛ. Они боялись потерять навыки, боялись не набрать форму, и с этим страхом мы раньше не сталкивались. Спортсмены привыкли к отсутствию льда, когда они получают травмы: они знают этот путь, знают, как проходит восстановление, сколько времени оно занимает. А в этом году они столкнулись с полной неизвестностью. Мы работали с этим страхом, и сейчас ребята говорят, что уверенность пришла сразу, как только коньки коснулись льда. Сейчас у них по три-четыре тренировки в день и они очень рады. Для спортсмена тренироваться каждый день – это то, без чего они уже не могут представить свою жизнь, когда тренировок нет – это очень тяжело.

— Перед сезоном спортсмены традиционно проходят тестирование – не только физическое, но и психологическое. И кажется, в этом году вы приготовили для них что-то новое.

— Входное тестирование для ребят мы провели сразу, это запланированное тестирование, обычная практика этапного контроля. Ребята отдохнувшие, только начинают тренироваться, и это считается базовым уровнем психологического состояния. В этот момент мы их тестируем, чтобы понимать, как их состояние будет изменяться в течение сезона, чтобы отслеживать динамику. Но помимо этого их ждет новая методика по анализу поведения в конфликтной ситуации, в прошлом году мы ее не использовали. С ее помощью можно исследовать психоэмоциональное состояние. Также мы будем замерять социальный интеллект. Две эти методики сейчас наиболее актуальны. Обычно в конце сезона ребята очень устают от того, что постоянно находятся друг с другом – в комнате, в поездках, на тренировках. Они всегда говорят, что хотели бы скорей домой, пообщаться с родителями, съездить на рыбалку, побыть одному. В этому году у них была такая возможность – три месяца самоизоляции. Казалось, что нам будет сложно войти в эту ситуацию, сидеть дома и ограничить общение, но на самом деле сложнее выйти из нее, потому что человеческий организм пластичен. Сначала мы привыкли к самоизоляции, а теперь снова привыкаем к большому количеству людей: для некоторых это сложно, и по ребятам заметно, что они стали меньше общаться. Им снова нужно учиться налаживать контакты.

— А что в себя включают входные тестирования? Что проверяют в это время?

— Мы смотрим скорость реакции, подвижность, инертность, уравновешенность нервных процессов — то есть функционирование центральной нервной системы, а также память, внимание, мышление и психоэмоциональное состояние. Есть тесты сквозные, которые проходят все ребята, начиная с 2009 года рождения и включая молодежную команду. В целом мы тестируем базовые вещи, то, что влияет на тренировочный процесс и на эффективность спортсмена. Дополнительные методики, например, социальный интеллект, в большей степени важны для взаимодействия в команде. Мы тестировали ребят в прошлом году и сейчас, благодаря этому можно увидеть, что изменилось за семь месяцев. Я смотрю на их состояние, стало оно хуже или лучше, прирастают показатели или нет, и для меня это важно. Если мы говорим, что ребята переходят из года в год на более высокий уровень, то показатели, например, внимания и мышления тоже должны вырастать, хотя бы немного. А если показатели идут вниз, то возникает большой вопрос: что мы делаем не так с точки зрения тренировочного процесса?

— Тест по анализу конфликта спортсмены тоже будут проходить сейчас. Имеет ли смысл еще раз их тестировать перед какими-нибудь крупными турнирами, когда у них может быть больше споров внутри коллектива?

— Тест в большей степени предназначен для того, чтобы узнать, какие стратегии человек выбирает в данный момент для выхода из конфликта. Соответственно, потом мы даем рекомендации, как улучшить свое состояние, как человеку лучше себя вести в каких-то определенных ситуациях. Кроме того, у нас есть программа дополнительного образования, которая включает модуль «Конфликтология», чтобы ребята не просто изучали теорию и выполняли какие-то техники, но и лучше понимали себя. Есть смысл тестировать спортсменов и перед ответственными соревнованиями, причем, по другим методикам тоже. Например, можно тестировать внимание до и после нагрузки, смотреть насколько ребенок готов к более высоким скоростям игры, готов ли перейти на новый уровень. Я много раз сталкивалась с тем, что спортсмен, несмотря на большое желание и работоспособность, из-за частых травм, которые могут быть обусловлены недостаточным уровнем внимания и мышления, не может продолжить карьеру.

Мы должны понимать, что это лимитирующие факторы, они не позволят спортсмену соревноваться на том же уровне, на котором находится вся команда. Например, возьмем скорость реакции спортсмена: уровень молодежной команды должен быть от 190 до 220 миллисекунд. Если у кого-то на принятие решения уходит больше времени, то он будет отставать от всей пятерки.

— С этим как-то можно работать? Например, если не хватает скорости реакции?

— У нас есть специальные программы, можно приходить и работать над собой, но самый сензитивный период – до 11-12 лет. Это тот период, когда формируются все когнитивные процессы: память, мышление, внимание, скорость реакции. У человека сложная нейрофизиология, все корковые центры формируются именно в этом возрасте, и если заниматься, то у ребенка на самом деле будут достаточно хорошие показатели. Когда ребята из молодежки переходят в КХЛ, они говорят, что скорости в новой лиге очень высокие. Эти скорости обеспечивает центральная нервная система, если этого не происходит, то одного желания спортсмена недостаточно. Необходимо понимать, что это спорт высших достижений, не всем хватает способностей, на успех здесь влияет даже тип темперамента. Не все люди достаточно подвижные, энергичные, как требуется для хоккея. Конечно, особенности ребенка нужно знать и с ними можно работать, поэтому проводится тестирование – чтобы спортсмен вовремя мог начать заниматься, не упустил время. В прошлом году мы проводили собрания со всеми возрастами, и сейчас по результатам тестирования мне видно, что многие ребята из «Авангарда»-2004 хорошо поработали. Они увидели в своих протоколах, что их уровень внимания не очень высокий для попадания в молодежную команду, я порекомендовала им, что можно сделать, и сейчас их показатели гораздо выше. Когда усилия оправдываются, спортсмен становится более уверенным, поэтому в этом году у нас произошел большой прогресс.

— Прошел год с тех пор, как открылась Академия и у нас появился собственный психолог. Какая реакция у детей, у родителей и у тренеров на занятия с психологом? Как тренеры используют все это в своей работе? Был ли скептицизм с их стороны?

— В течение года у нас проходили семинары с тренерами, мне выделяли по 20 минут для того, чтобы я проводила мини-лекции. Первое, на что я обратила внимание: они стали более открытыми, стали задавать вопросы, в том числе о книгах по психологии, чего раньше не было. Некоторые тренеры в прошлом году приходили по несколько раз, интересовались результатами тестов и сейчас проявляют большую включенность в процесс. Значит, все, что мы делали в прошлом году, дало хорошие плоды. На самоизоляции мне писали и тренеры, и родители, и дети с вопросами о том, что почитать, что посмотреть, и я, в основном, отслеживала новую литературу, которую можно было бы порекомендовать, не только психологическую, но и художественную – полезную в психологическом плане.

Ребята в прошлом году читали литературу, которой сейчас достаточно много, некие чек-листы, например, как избежать конфликтов. Чек-лист – это классно, но еще лучше – научиться анализировать и отслеживать свое состояние, включать свой эмоциональный интеллект, чтобы найти выход из какой-то ситуации. Сейчас мы купили в нашу библиотеку книги по психологии более зрелые, где требуются анализ, рефлексия, и ребят они заинтересовали. Я поняла, что мы движемся в правильном направлении.

— Как вообще возникла идея о создании в Академии библиотеки? Что именно подтолкнуло к такому решению?

— В психологии есть такое направление – библиотерапия: вы даете клиенту почитать книгу и просите сделать закладки там, где его что-то особенно заинтересовало, а потом вместе с ним это обсуждаете. Я давно работаю по этому направлению. Есть ребята, которым интересно, у них вся книжка в закладках, видно, что ребенок читал, он задает вопросы. Это некая рефлексия – человек при чтении книги, при просмотре фильма находит что-то свое и может анализировать. Это естественная проработка, «неинвазивный» способ воздействия на спортсмена: мы же обсуждаем книгу, но параллельно говорим о проблемах ребенка. Я считаю такой способ интересным и действенным. Хоккеистам я предлагаю выбор: ты можешь читать книги, которые у нас есть, а можешь выбрать свою. Когда у нас возникла идея создать библиотеку, мы сначала хотели наполнять ее только для ребят, а сейчас я предлагаю все-таки расширить выбор, чтобы тренеры тоже могли прийти и найти что-то полезное для себя.

— Есть распространенный стереотип, что спортсмены не читают.

— Они читают. Один знакомый недавно сказал мне такую вещь: «Ты общаешься с избранными людьми, которые в хоккее чего-то достигают». Думаю, важно в каждом человеке видеть не только минусы, но и плюсы, и про спортсменов очень часто говорят, что они не хотят ни читать, ни писать, ни делать что-либо. Но я сталкиваюсь с тем, что спортсмены просят не просто почитать книги, они приходят с конкретными запросами, интересуются литературой уже даже не о психологии, а скорее о философии: о ценностях, о том, как справляться с кризисами. Например, биатлонист Антон Бабиков возит с собой томик Ницше, обычные печатные книги, я лично видела. Тренер говорит: «А о чем я должен с ним разговаривать? Я Ницше не читал». Думаю, взрослый человек в состоянии рассуждать о морали, хотя бы с точки зрения своего жизненного опыта. Поэтому можно находить общий язык, не прочитав того же Ницше. А у нас в Академии есть тренеры, которые настолько мудрые, настолько психологически гибкие, что о них самих можно писать книги.

— А какой был самый необычный запрос на книгу от воспитанника?

— Какого-то необычного запроса пока не было. В прошлом году мы с детьми распаковывали коробки с книгами – красивыми, хорошими изданиями. Ребята 2007-2008 годов рождения были очень удивлены: «Ну это же Академия хоккея, и что же мы будем делать?» — спрашивали они. Потом ребята сами ставили печати на этих книгах, относили их в библиотеку – это положительные эмоции, ребята вдохновились. Они не прочитают завтра все эти книги, но будет сдвиг. У нас есть книги Тарасова, и я бы очень хотела, чтобы ребята начали их читать. С определенного возраста важно рефлексировать и в отношении тренировочного процесса: зачем и что мы делаем, как тренируемся. Важно изучать литературу о теории спорта. Все говорят, что спортсмены не читают, я считаю иначе. Другое дело, что они читают чуть меньше, потому что у них меньше на это времени. Может быть, есть те, кто считает, что будет только играть в хоккей и ничего больше – это заблуждение.

— Сейчас ребята живут в Академии в условиях карантина, то есть не могут выходить в город в свободное время и общаться с кем-то за ее пределами. В связи с этим есть ли какие-то психологические сложности? Какие-то рецепты, чтобы преодолевать эти проблемы?

— У нас есть программа по психологическому сопровождению. Я предлагаю ребятам учиться релаксации, техникам саморегуляции, учиться справляться с эмоциями с помощью разных методик, решения психологических задач, арт-терапии. Даже в этот непростой период, мы можем работать, взаимодействовать, просто иными способами. Можно делать все, что угодно: изучать иностранные языки, подтянуть учебу, записаться на онлайн-тренинги. Но, к сожалению, не все могут использовать свободное время. Энергии у хоккеистов предостаточно, они могут быть быстрее своих одноклассников в плане усвоения материала и выполнения заданий. У нас есть такие хоккеисты – уникальные ребята, которые на «четыре» и «пять» закончили девять классов, я этому очень рада. Жду, когда у нас будут хоккеисты с золотой медалью. Ребята способны хорошо учиться.

— Кстати, в этом году мы наконец смогли осуществить свою идею, хоть и частично – ребята 2005 и 2006 годов рождения учатся прямо здесь, в Академии. В чем польза такой системы?

— Во-первых, конечно, это экономия времени. Благодаря учебе непосредственно в Академии, у ребят появляются дополнительные часы для отдыха, подготовки к ОГЭ и других интересов. Во-вторых, Академия может предложить ребятам обучение на таком уровне, который им интересен – речь идет о техническом оснащении: интерактивных досках, раздаточном материале. Даже таблицу умножения современное поколение хочет изучать при помощи новых технологий. Не каждая школа предоставляет такую возможность. К тому же, решается много вопросов с дисциплиной. Единственное, в чем ребята ограничены – так это в общении с другим полом, поскольку женских команд у нас нет. Но точно такая же система обучения применяется в кадетских корпусах, хореографических училищах, и если человек нацелен на то, чтобы вырасти как профессионал, то эта система работает. Я думаю, что ребята в любом случае все наверстают.

Поделиться: